Зимняя феерия Вуоксы

Люблю гулять одна по нехоженым туристами тропам. Думаю, почти везде найдётся такой укромный, тайный уголок. Здесь нет рассказов, кто где и когда побывал, сколько архитектурных  или садово-парковых шедевров построено и разбито, здесь только ты и таинственное пространство жизни.

Вчера стоял холодный зимний день. Лютовал неистово мороз, небо висело низко, и, казалось, день будет снежным и быстро стемнеет, поскольку мы только-только прошли подземные врата зимнего солнцестояния. Приехав в Иматру, я сразу нырнула к реке, чтобы выйти на свою тропу, что возникает за неприметным поворотом и уводит подальше от суеты и торгового центра города.

Зимняя Вуокса, 2015

Зимняя Вуокса, 2016

Чтобы попасть туда надо пройти старейшую природную территорию Kruunpuisto, «Парка Короны», вниз по течению Вуоксы, сквозь череду таинственных надписей на огромных валунах, место очень живописное и скалистое.

Сам Парк создан в 1842 году. Русло Вуоксы здесь раздваивается, и одно из них проходит сквозь гранитный каньон, проложенный в незапамятные времена, когда воды озера Сайма пробили горную преграду Салпаусселкя и устремились в Вуоксу, из-за чего река изменила направление течения и стала отныне нести сайменские воды в Ладогу. Тут шумел издревле «финский Ниагарский водопад», на природное чудо которого съезжались посмотреть как царственные особы, так и многие знаменитые поэты, музыканты, такие как Анна Керн, Михаил Глинка, Антон Дельвиг, Саша Чёрный…

Imatra, водопад на Вуоксе

Imatra, водопад на Вуоксе, 1912

В ХХ-м веке естественное течение реки преграждают: при входе в ущелье сооружают гидроэлектростанцию, и водопад попадает в руки человека и превращается в водосброс Imatrankoski.

Каменистое ущелье Вуоксы, 2015

Каменистое ущелье Вуоксы, 2016

Каждый спуск воды отныне сопровождается исполнением музыкального произведения или из Сибелиуса, или Darude (Ви́лле Ви́ртанен), или Nightwish (финская метал-группа)… летом вечером это шоу происходит почти каждый день и привлекает множество туристов.

Только я оставила позади туристические места: знакомая развилка поджидала меня дуновением таёжного ветерка, не предвещая лёгкой беззаботной прогулки, оно остановило бы любого неподготовленного путника, звуча точно предупреждающее рычание сторожевого пса. Но я ехала специально, чтобы пройти этой тропой и оказаться в любимом месте, заранее догадываясь о предстоящих трудностях.

Реющий снег внезапно закончился. И когда я вышла наконец к своему любимому озеру,  небо приподнялось, а сквозь прозрачную пелену облаков проглянуло солнце. Оно мечтательно провело по небесному экрану веером золотистых лучей, окрасив его тёплыми пастельными цветами, превратив в нежную акварель.

Коса Honkasaari, январь, 2016

Коса Honkasaari, январь, 2016

До косы Honkasaari обычно не не доходят туристы, а место это по праву одно из самых красивых и романтичных в Иматре.

Незамерзающая Вуокса, январь 2016

Незамерзающая Вуокса, январь 2016

Слева от путешественника несёт свои воды красавица Вуокса, даже  в сильные морозы незамерзающая и величественная, а справа разливается необыкновенное, девственное озеро. Узкая полоска земли живописно изгибается точно змея, разделяя реку и озеро. По этой полоске проходит не широкая, но удобная дорога, где-то окаймлённая шарообразными ивами, невысокими кустарниками, где-то открывающаяся плещущейся рядом воде, и зовёт, манит путника следовать за собой. Сопротивляться невозможно. Ноги сами устремляются по этой дороге. Кажется, впереди поджидает красивая лесная неизвестность…

Говорят, озеро – это залив Мellonlahti. Живописная коса – дамба. Как бы то ни было, гулять там – одно удовольствие! Место открытое, очень светлое и приятное.

В этот морозный день гладь озера укрылась под слоем льда и ровным покрывалом снега. В летний день оно играет удивительным изумрудным цветом. Огромное изумрудное зеркало. Ветра ему обычно не достаётся – ветер любит в тех краях реку. Поэтому ни разу не видела я на нём ряби, безмолвствует оно и красуется удивительным цветом.

Мellonlahti, апрель, 2015

Мellonlahti, апрель, 2015

Огромное изумрудное зеркало. Ветра ему обычно почти не достаётся – ветер любит в тех краях реку. Поэтому рябь на нём слабая, безмолвствует оно, красуется удивительным цветом. Я шла и вспоминала отражения неба, облаков, деревьев, которые в тёплое время года появлялись на водном экране, становясь невольно изумрудными жителями. Какой же он этот зазеркальный подводный мир? Спокойствие и окружающая озеро тишина, малолюдность говорили мне, что и мир озера тих и созерцательно прекрасен, оттого и напоминает сверкающий на солнечных лучах драгоценный камень.

Мellonlahti, апрель, 2015

Мellonlahti, апрель, 2015

Вуокса же в этот раз лютовала. Её стремительные воды истово сопротивлялись воцарившейся стуже, неслись вперёд, будто обезумевшие, и излучали пронизывающий холод из своих глубин, будто подсвеченные изнутри.

Вуокса, январь 2016

Вуокса, январь 2016

Мороз крепчал, но я продолжала путь по узкой полоске земли, полузанесённой снегом, казавшейся нереальной в объятиях зимы. Не спасал тёплый пуховик, не спасала тёплая шапка – ветер с беспощадностью зверя пронизывал насквозь, леденил трепещущую душу. Впервые этот недолгий путь ощущался дорогой длиной в вечность. Зима сопротивлялась присутствию человека, желала единолично царствовать в этих северных краях. Наконец показался еловник. Там – окончание, там возможно спасение в лесных зарослях. Там заканчивалась коса, там можно было свернуть вправо и уйти в сторону от холодной коварной реки.

Вуокса, январь 2016

Вуокса, январь 2016

Мороз почти совсем завладел мною, когда я стала подниматься в гору прочь от реки. Здесь было уже чуть теплее, ветер оставался внизу, преданный водный спутник. Дорога бежала, а я спасалась вместе с ней, и вскоре нас позвал в гости сосновый лес. Ровные, ярко рыжие стволы сосен точно колонны выстроились в ряд, пышная зелёная хвоя припушилась снегом… но это были совсем другие сосны, нежели мне приходилось встречать на балтийском взморье – коренастые, немного низкорослые, они свидетельствовали о близости сурового севера, о привычных в здешних местах холодах, о коротком нежарком лете. Они росли свободно, не мешая друг другу, их кроны были равномерны и плотны – роскошные, царственные сосны! А у подножия, несмотря на январь, я обнаружила ещё совсем зелёные побеги черники. Густой черничник утопал в снегу, но не хотел без боя отдавать звонкие живые краски лета.

Черничник в снегу.

Черничник в снегу.

Я чуть углубилась в лес и удивилась: сегодня здесь до меня сегодня никто не ходил! Ни один след не нарушил идиллию пушистого снежного ковра — ни птичий, ни звериный, ни человечий. Мне выпало быть первопроходцем. После последних путников тут выпало довольно много снега и он доходил до щиколоток. Я несмело пошла вперёд, стараясь припомнить, куда приведёт выбранная мною тропа. Летний и зимний лес – два разных мира! Если ты смело бродил здесь летом, то это не означает, что столь же легко сможешь ориентироваться зимой. Я напрягала память, но потом отпустила своё слепое желание контролировать путь. Неизвестность часто приносит гораздо большее удовольствие, нежели заранее выверенный маршрут. Я расслабилась, сделала несколько шагов, и в этот самый миг вспыхнуло садящееся солнце, расплылось золотой лавой, приближаясь к горизонту. Оно пылало вдали, за стволами сосен, и напоминало море. Я невольно остановилась перед чарующей картиной. Она дарила мне ощущение того края, где я планировала, но не оказалась в этот раз, но куда всеми силами стремилась душа. Там море и сосны, песчаные дюны и солнце… солнце, садящееся в водную колыбель. Белый край. Есть места, которые врастают в душу, которые не отпускают, всегда зовут к себе, оживают  при малейшем намёке, при малейшей схожести. Это удивительные места, для каждого они свои: там катятся слёзы счастья и очищения, стоит лишь коснуться их земли ногой, там живёт ощущение дома, состоящего не из четырёх стен, а из стихий и энергий, из света и радости, дома, фундаментом своим вросшем в какой-то древний слой памяти или в предпамять, точно тут оживает внутреннее знание или предзнание.

Близится закат, Иматра, январь 2016

Близится закат, Иматра, январь 2016

На обратном пути я решила погреться в кафе. Я уселась возле окна с огромной чашкой горячего чая в руках. По ту сторону стекла бегали жители и гости Иматры, зажигались фонари, по-настоящему подкрадывались синие сумерки. Чашка приятно жгла замёрзшие руки, возвращала им чувствительность. На узкой полоске стола горели свечи, стояли конфеты, игрушки, символы продолжающихся зимних праздников. Было уютно и ласково на душе словно после встречи с любимым другом, а в тело неспеша возвращалось тепло.

Для души нет расстояния. Для души нет времени. Для души нет расставания.

 

Maria Déco 7.01.16