Вспоминая Мэри Шелли.

«Всё имеет начало», говоря словами Санчо, но это начало, в свою очередь, к чему-то восходит. Индийцы считают, что мир держится на слоне, но слона они ставят на черепаху. Надо смиренно сознаться, что сочинители не создают своих творений из ничего, а всего лишь из хаоса; им нужен, прежде всего, материал; они могут придать форму бесформенному, но не могут рождать самую сущность. Все изобретения и открытия, не исключая открытий поэтических, постоянно напоминают нам о Колумбе и яйце. Творчество состоит в способности почувствовать возможности темы и в умении сформулировать вызванные ею мысли».

Мэри Шелли «Франкенштейн, или новый Прометей».

 

А вот тут наступает интересный момент. Не могут творить сущность, а схватывают лишь форму… А как же главный герой её романа? Ведь нарисованный ею монстр сотворён Франкенштейном. И этот монстр – отнюдь не просто форма, он есть отражение сути своего создателя, его зеркало. Думаю, никто не может создать нечто отличное от самого себя, поскольку пропускает идущий импульс творения через собственную душу, сознание, преломляя её  в себе.

Мэри Шелли часто считают прародительницей фантастического романа или романа ужасов, но забывают, что упомянутое произведение, написанное ею в 19 лет, имеет, прежде всего, совершенно взрослую философскую направленность, и, если и есть в нём, местами, особенно при описании впечатлений от прочтения Гёте и Плутарха, что-то школярское, юное, сама идея очень глубока, и подхлёстывает мысль вертеться долго и стремительно.

Роман однозначно философский. И путь размышления по нему раздваивается на два принципиальных направления: первый, это как раз упомянутая ответственность за собственное творение, а вторая  – любовь, или, вернее, последствия её отсутствия.

Обычно творчество рассматривается очень узко, вбирая в себя творческую деятельность в искусстве, писательскую, художественную и пр., но разве вся жизнь человека, не есть творчество, в каждой мысли, поступке и тогда не получается ли, что сотворить то или иное чудовище возможно чуть ли не каждую секунду, равно как и красоту? И дело тут не в эстетических категориях, а, скорее, в этических. В целом, этот роман, безусловно, о последствиях. Не каждый ли наш шаг творит будущее, способное убить или возвысить? Но это роман – не увещевание, это толчок к размышлению, что всегда радует. Обычно человеческое сознание, если намеренно не ищет, не вопрошает, инстинктивно отторгает морализаторство и нравоучение, но, разбуженное размышлением, учится. В соответствии с этим возникает вопрос о нынешнем выплёскивании в массы потока неконтролируемой информации, фильмов, книг, печатной продукции, пропагандирующих насилие, наркотики, разрушение. Современный Франкенштейн не задумывается о том, кого он творит своей деятельностью, и, если приглядеться, те же внутренние посылы правят им, что и героем Шелли, только литературный Прометей превратился всё же в Эпиметея, раскаялся, хоть и поздно, осознав разрушительность созданного образа, амбиций, тщеславия, опьянения властью. По сравнению с ним наше время глобализации шагнуло далеко вперёд. Или Эпиметей ещё грядёт? Только ящик Пандоры уже открыт. Роман Шелли даёт чёткий исход-предупреждение подобной ситуации: творение убивает своего создателя. До этого им уничтожены образы дружбы, любви, семьи – все те незыблемые ценности, на которых основывается традиционное общество. Создаётся впечатление, что каждый герой романа Шелли – аллегория, символ, Анри, Элизабет, отец и братья…

Вспомнился мне и один мой знакомый францисканец, который исследовал тему любви. Он много беседовал с заключёнными и интересовался причиной, побудившей разрушительное зерно взойти в виде совершения преступления. Сделанный им вывод, полностью подтверждает слова монстра из Шелли: все эти люди в детстве, юности испытывали острый дефицит любви, тепла, участия, что вызывало в них гигантский протест и провоцировало агрессию по отношению к тем, кто их отвергал, не лично, а опосредованно, в них вырастала ненависть к человеку вообще. Любовь способна нивелировать росток порока, а равнодушие и отрицание – усилить. И Шелли в своём романе описала этот процесс изгнания безымянного (тоже весьма примечательный факт, когда создатель оставляет своё создание без имени!) монстра из мира людей, отказа ему в любви и участии очень подробно, очень точно. Восточная мудрость называет равнодушием некий внутренний блок. Когда человек сознательно или бессознательно блокирует в себе способность любить, он демонстрирует равнодушие. Оно является его прикрытием, самооправданием отсутствия эмоций. Об опасности равнодушия для души упоминали Чехов, Горький. Об отсутствии любви говорит и Мэри Шелли…

На мой взгляд, очень загадочный роман, зеркало, в которое стоит заглянуть.

 

Мэри Шелли.

Эпиметей и Пандора.

Оставить комментарий